Россияне открывают Россию: почему внутренний туризм

Россияне в последние несколько лет словно заново открывают для себя родную страну. Наши люди устанавливают рекорды по туристическим поездкам. Это происходит не просто так. Социологи указывают на несколько причин особого интереса к российской природе, достопримечательностям и историческим местам. Отчасти это обновлённая инфраструктура — новые отели, транспортная сеть, дороги… Но опросы фиксируют, что многие люди хотят лучше понять страну, в которой родились. Почему это важно, мы спросили у эксперта VEDORA и получили неожиданные ответы.

Энерготерапевт Владислав видит в этом закономерность. Она связана с энергетикой мест.

«Когда первопроходцы шли через тайгу или степь, они оставляли в этих местах свою энергию — энергию преодоления, открытия, мужества. Каждый серьёзный человеческий поступок, особенно связанный с экстремальным усилием, как будто впитывается в то место, где он совершён. Это могут быть места сражений или массового подвига наших предков, а вот Байкал, Камчатка или реки Сибири несут в себе накопленную энергию человеческого мужества целых поколений. Когда современный человек приезжает туда, он соприкасается с этим полем, даже не зная об этом», — говорит Владислав.

О первопроходцах стоит сказать отдельно. Россия помнит имена своих героев. Ермак Тимофеев начал поход в Сибирь в 1581 году с отрядом казаков и открыл для России пространство, которое в несколько раз превышало уже исследованные русские земли. Семён Дежнёв в 1648 году обогнул восточный мыс Азии и доказал, что Азия и Америка — разные континенты. Он сделал это за 80 лет до Витуса Беринга, именем которого пролив в итоге и назвали. Иван Москвитин первым из европейцев добрался до берегов Тихого океана в 1639 году, пройдя через тайгу, которую не пересекал ни один картограф. Пётр Семёнов-Тян-Шанский в 1856–1857 годах исследовал горную систему Тянь-Шаня.

Эти люди наносили на карту Россию в её нынешних границах. Они не боялись неизвестности и трудных путей. Сибирь, горные хребты, берега Дальнего Востока — всё это пространство сейчас освоено и принадлежит России во многом благодаря им — русским первооткрывателям.

Сегодняшние путешественники едут туда же и за тем же: за ощущением масштаба, за соприкосновением с миром. Сейчас в России растёт интерес к регионам, которые ещё несколько лет назад не входили в топ: Хакасия, Бурятия, Якутия. Москва, Санкт-Петербург и Краснодарский край уже известны многим, и теперь люди открывают для себя нечто новое. И ехать за границу для этого оказалось вовсе не обязательно.

Россия настолько энергетически разнообразна, что мало какая страна в мире сравнится с ней, отмечает Владислав. Это следствие нашей истории: в России соседствуют буддийские монастыри и мусульманские мечети, синагоги и православные храмы, горы, окутанные шаманскими легендам, и остатки языческих капищ… Чего только нет. Каждый регион — это отдельный мир с собственной культурой, языком и памятью. Путешествие по России — это путешествие по родной земле, совмещённое со знакомством с десятками цивилизаций, которые собрались вместе и живут в одном большом доме.

Владислав советует всем своим клиентам задуматься, не пора ли выделить время на знакомство с этим миром. Тем более что он совсем рядом.

«Россию нельзя понять умом, сидя дома в своём городе. Её надо проехать, почувствовать — степи, горы, тайга, берега морей. Я постоянно говорю: хотите восстановиться, хотите понять себя в этом времени — езжайте. Туда, где никогда не были. На Алтай, на Байкал, в Карелию, в Якутию, в Дагестан, на Камчатку, на Русский Север… Там ресурс восстанавливается иначе — земля откликается на своих. Это другой тип контакта, чем на чужбине, сколько бы красивой она ни была», — говорит он.

Рост внутреннего туризма — это, по словам энергопрактика, коллективный ответ на запрос народа о своей принадлежности, самоидентификации. В непростые времена людям хочется обрести уверенность в себе и гармонию внутри. Путешествие — это всегда поиск себя. Многие писатели и поэты указывали на важность путешествий для развития личности. А своя земля отвечает на глубоко личные вопросы так, как чужая никогда не ответит.